Почему таксидермисты не делают чучела домашних животных

Таксидермия: между искусством, чудом и ремеслом

24.01.2019 в 07:26, просмотров: 1321

Таксидермия – это не про такси. Это про чучела из шкурок животных. Явление в Кузбассе настолько редкое, что профессиональных чучельников во всем регионе можно пересчитать по пальцам одной руки. Один из них – призер чемпионата России Василий Казаков – незадолго до нового года вернулся из Литвы, где находился по приглашению чемпиона мира и Европы Кястуса Бибартаса. Кемеровский мастер рассказал о том, зачем, как и для кого делаются чучела, как далеко шагнула от пыльных музейных волков современная таксидермия и почему в Кузбассе никто не делает чучела домашних питомцев. 

Почему таксидермисты не делают чучела домашних животных
фото: Ирина Соловьева
Финишная доводка трофейной головы медведя.

В защиту таксидермиста

Кто-то при одном слове «чучело» брезгливо фыркает и называет таксидермистов живодерами и патологоанатомами. В этот момент в Кузбассе расстраивается как минимум один таксидермист. «Мы ж ни в чем не виноваты, – с улыбкой признается Василий Казаков. – Никто не убивает животных ради чучела. Это, как правило, охотничьи трофеи или умершие в цирках и зоопарках звери. Нет в нашем деле ничего постыдного и шокирующего».

«Охота на зайца» работа, представленная на чемпионате Европы.

У многих неприятие этой работы связано с мыслью о том, что таксидермисты только и делают, что потрошат трупы животных. Но и это не совсем так. Бывает, иногда мастера просят своих клиентов не трогать головы и лапки животных, нести прямо с ними, потому что редкий охотник и уж тем более человек, в этом деле несведущий, сможет грамотно их обработать, не повредив. Но, как правило, таксидермисты работают с заранее снятыми шкурами, выделывают их, солят, проводят химическую обработку, чтобы они не имели запаха и не «сыпались», а потом натягивают на специальные формы и придают им не только реалистичный, но и завершенный художественный образ.

Мотают на ус… лапу и все тело

Еще одно заблуждение: многие считают, что чучела животных чем-то набивают, как мягкие игрушки. «Мне порой задают такие вопросы – а чего вы в медведя запихали, что он так красиво стоит», – признается Василий. Раньше это мнение было довольно близко к истине. Правда, чучела не набивали, а мотали. На проволочный каркас наматывали стружку. И вот тут есть момент непростой для неподготовленной психики: чтобы поза животного была максимально естественной, мастер сохранял его тушку в холодильнике, а во время работы доставал и всячески крутил перед собой – сгибал лапки в соответствии с выбранной позой и смотрел, как будет реагировать на это скелет и весь мышечный каркас, ведь в момент поворота животного где-то появляются складочки, где-то увеличиваются или уменьшаются объемы. Все это надо измерить и учесть. И не дай бог ошибиться хотя бы на сантиметр. Насмарку может пойти вся кропотливая работа, и в результате от реалистичности и эстетики творения останется лишь уродливое чучело.  

В конце 90-х годов в отечественной таксидермии все поменялось, и она перешла на новый этап развития. Теперь шкурки натягивают не на стружку и солому, а на манекены, которые отливаются по форме из специальной пены. Чтобы животное выглядело не «как на паспорт», ему нужно придать динамическую позу. Для этого манекен режется по суставам и складывается, как нужно мастеру.

Этот манекен совсем скоро станет чучелом барсука – идет шлифовка заготовки из пенопропилена.

Часть манекенов кемеровские таксидермисты отливают сами, а формы животных, которых приходится делать нечасто, заказывают в Москве и Санкт-Петербурге. «К примеру, однажды в новокузнецком зоопарке умер кенгуру, а в кемеровском передвижном зоопарке – лев, – рассказал Василий Казаков. – Их привезли к нам. Дикобраз вот у нас лежит сейчас, ждет своего часа. Африка и Австралия к нам попадает редко, поэтому занимать место в мастерской такими манекенами нет смысла».

Сам по себе манекен – зрелище, скажем прямо, страшноватое. Напоминает тушку животного с мышечными рельефами, скользкую и весьма неприглядную. Но зато потом, когда на него натянут шкурку, животное получится максимально реалистичным. Для оживления чучела у таксидермистов есть свои фишки. К примеру, нос живого зверя мокрый, а значит, он должен блестеть. Для придания этого блеска в краску добавляются специальные вещества. Даже глаза животных сохраняют светоотражающий эффект.

«Особенно сложно добиться естественного блеска и окраса при изготовлении чучел рыб, – рассказал наш собеседник.

– Для этого используется полупрозрачная краска-аэрограф с металлическим блеском. Иначе рыба будет выглядеть, как пластиковая игрушка.

Любопытно, что степень этой реалистичности оценивается не только клиентом и зрителем в категориях «верю/не верю» или «нравится/не нравится», но и международным жюри на самых настоящих таксидермических чемпионатах России, Европы и даже мира.

Зависшие во времени

Ощущения на таких чемпионатах можно испытать, мягко говоря, необычные. Как будто жизнь шла своим чередом, но в какой-то момент время остановилось, как в фильме. А зрители вне законов этого времени могут ходить и смотреть на замерших животных, которые через мгновение снова оживут. Кажется, стоит моргнуть – и кабан, подкинувший волка на своих клыках, продолжит борьбу с хищником. Рысь замерла в прыжке, зацепив когтем вспорхнувшего глухаря, а гепард завис в полете над антилопой. А вот два волка набросились на лося – жертва испуганно отстранилась, а хищники вполоборота приготовились к прыжку, одна секунда – и все будет кончено. Время для этих животных остановилось навсегда. Но если зритель забывает об этом, если верит в ее продолжение, переживает целый спектр эмоций и дорисовывает в своем воображении эти картинки, а не шарахается неприязненно от чучел, как от мертвых тел, значит, мастер все сделал правильно.

А вот судьи подходят к оценкам таксидермических работ не с эмоциональной, а с практической точки зрения. Они оценивают не столько уровень художественного воплощения замысла, а то, насколько добротно и качественно сделано само чучело: смотрят обработку шкурки, точность анатомического соответствия. Иногда судьи даже проверяют наличие у животного половых органов и прощупывают каждый пальчик. Вот и получается, что таксидермист одновременно и художник, и ремесленник, и биолог-анатом.

Василий Казаков сегодня – единственный делегат от Кузбасса, участвующий во всероссийских чемпионатах по таксидермии. В 2016 году он стал призером, а в 2017 – чемпионом и призером России в двух номинациях.

Соболь, с которым Василий Казаков участвовал в чемпионате, был подарен космонавту Алексею Леонову, у которого, к слову сказать, собрана целая таксидермическая коллекция. Изделия кемеровских мастеров в качестве статусных подарков разъезжаются не только по Кузбассу и стране, но и далеко за ее пределы – в Италию, Грецию и даже Ватикан.

От мастера к ученику

Так что мастера-таксидермисты в Кузбассе есть. Но, что удивительно, профессии такой официально в нашей стране не существует, более того, этому искусству нигде не учат. Причем не только в Кузбассе, но и в России в целом. Поэтому таксидермисты в основном самоучки. Кто очень хочет, тот всегда найдет и нужные книги, и журналы, и информацию в интернете. А кому везет больше, находят своего мастера. Для Василия Казакова им стал Николай Белоусов, который и завез в 80-х годах таксидермию в наш регион из Алма-Аты. Будучи еще школьником, Николай Ильич попал в таксидермическую мастерскую при Казахском государственном университете к известному мастеру-таксидермисту Эвольду Радионову, который и научил его основам и некоторым секретам таксидермии. Затем Николай Белоусов поступил на биофак в КемГУ и начал делать чучела для кафедры зоологии. Когда их стало неприлично много, родилась идея создать музей, а потом было выделено помещение под первую в Кузбассе таксидермическую мастерскую. Долгое время Николай Ильич вел музейное дело и приобщал студентов к таинству оживления животных и птиц. Мастер мог на занятии собрать птичку с нуля, комментируя процесс. Многие студенты – биологи тогда часами пропадали в мастерской с таксидермистами, в том числе и наш герой, который в 2008 году поступил на биологический факультет КемГУ. А уже через год полноценно включился в работу мастерской. Правда, делом жизни таксидермия для Василия Казакова стала не сразу – после окончания университета он успел отслужить по контракту в отряде специального назначения «Кузбасс», побывать в горячих точках, попробовать себя в рукопашном бое и ММА. Но неожиданно для себя и близких нашел свое предназначение в работе с чучелами животных.

Николай Белоусов, руководитель кемеровской таксидермической мастерской «Медведь» и первооткрыватель таксидермии в Кузбассе.

Тем временем мастерская КемГУ перестала быть нужной университету. Работники мастерской долго не горевали, переехали за город и открыли собственную художественную таксидермическую мастерскую «Медведь», сохранив контакты с музеями области и охотниками. Сейчас их трое. Учитель Николай Белоусов занимается изготовлением чучел птиц и рыб. В зоне ответственности мастера Василия Казакова – млекопитающие. Недавно у мастеров появился помощник Александр Калиночкин. «Александр в свое время пришел в музей на экскурсию, – рассказал Василий, – и заинтересовался. Начинал под нашим руководством с азов – обработки шкур, отливки манекенов. Теперь он может собирать чучела. Мы вместе растем и стараемся повышать свой уровень, ездим по семинарам, которые проходят на чемпионатах. Это единственный шанс в нашем деле получить свежую информацию о новых материалах, методах работы и т.д. В 2017 году на одном из таких чемпионатов я познакомился с литовским мастером, чемпионом мира и Европы Кястусом Бибартасом. Он посмотрел мои работы и пригласил к себе в гости, поучиться. На протяжении двух недель мы работали вместе в одной мастерской. Я делал чучела, а он оценивал, советовал, как можно сделать лучше».

Александр Калиночкин в процессе работы над головой марала. Манекен готов, глаза с рогами на месте – осталось натянуть шкуру и проработать мелкие детали.

Желание клиента не всегда закон

«Чаще всего нам заказывают лис, барсуков и медведей, – рассказал наш собеседник. – Птиц много делаем – глухарей, уток, тетеревов. А вот волка всего выбили, есть только проходящий».

Изготовление таксидермического изделия – процесс длительный и довольно дорогой. Выделка шкуры занимает около месяца, несколько дней уходит на сборку чучела и около двух недель – на его сушку. По стоимости самая дешевая птичка обойдется заказчику в четыре тысячи рублей, рыбы в среднем стоят от десяти тысяч, а медведь в полный рост – от 60 тысяч рублей и выше.

Таксидермист как художник может предложить сюжет композиции, но последнее слово по позе и эмоции животного всегда остается за заказчиком. «Иногда приходит человек, смотрит на спокойного медведя с раскрытой пастью и высказывает недовольство от излишней лояльности свирепого хищника. Мы отбираем фото, видео, считываем животную мимику и делаем из лояльного мишки медведя-агрессора», – рассказал мастер.

А вот изготовление чучел домашних животных для таксидермистов, кемеровских в том числе, – табу. «Периодически поступают звонки от людей, которые хотят сделать чучело из своего домашнего любимца, – признался Василий. – Некоторые подыскивают мастера заблаговременно, еще до смерти стареющего животного. Но мы считаем это негуманным, ведь домашние животные – это почти члены семьи. Да и воссоздать ту эмоцию, которую знает и помнит хозяин, невозможно».

Кузбасские таксидермисты – сторонники натурализма, пробующие себя в области таксидермического арта – росписи по черепам. Ждут своего часа необычные скелетные композиции и даже образцы сложнейшего совмещения чучел с коваными изделиями. А значит, перспективы развития и реалистичного, и авторского, и спортивного направления в кузбасской таксидермии весьма велики.

Смотрите фоторепортаж по теме: В мастерской таксидермиста
27 фото