Опорный вуз Кузбасса теряет опору и превращается в мыльный пузырь?

КемГУ продолжает «лихорадить»

Почти год академическая элита КемГУ пытается остановить бездумный, бездарный, беспрецедентно жесткий и аморальный процесс научного опустошения университета. Но там и сегодня как на войне. «Приходишь – опять кого-то нет, кто-то «погиб», и думаешь, кто следующий», – так о нынешнем положении преподавателей говорят в университетских коридорах. Те, кому еще дозволено работать, – шепотом, те, кого уже выкинули, – громко и не стесняясь. Но положения это не меняет. И происходящее в университете впору называть либо «темным временем гонений», либо «великим профессорским исходом», когда признанные научные школы и труды авторитетнейших российских ученых просто выбрасываются за порог альма-матер, а положенные на университетский алтарь жизни обесцениваются в угоду кому-то или чему-то неразумному.

КемГУ продолжает «лихорадить»
Фото: kemsu.ru

Все началось в 2016 году, когда ректором КемГУ был назначен Александр Просеков. Незадолго до этого состоялась встреча трех ректоров: действующего на тот момент руководителя КемГУ, профессора Владимира Волчека, экс-ректора с 27-летним стажем, профессора Юрия Захарова и готовящегося принять бразды правления тогда еще молодого ректора КемТИППа, профессора Александра Просекова.

Александр Просеков. Фото: kemsu.ru

Среди прочего обсуждали грядущее слияние «пищика» и «универа». Оба патриарха были убеждены: если действовать аккуратно и с умом, классический университет может выиграть от слияния с прорывным техническим институтом. Представитель новой формации, перспективный Просеков в беседе был покладист и важность преемственности в сфере образования понимал. Или делал вид… Потому как вскоре молодой технократ, облаченный властью, тут же освободил себя от данных обещаний и договоренностей и начал выкорчевывать все, что мешало его личным убеждениям, включая бывших союзников.

С того злополучного 2016 года педагогический коллектив КемГУ потерял несколько сотен преподавателей. А главное –  университет лишился более 35 легендарных профессоров, что составляет около 40% всего профессорского состава учебного заведения.

Это история вуза, громкие имена, бесценный опыт работы, советы по защите диссертаций, десятки учеников – докторов и кандидатов наук, публикации и разработки, признанные мировым научным сообществом, российские и изданные за рубежом монографии и учебники, которыми пользуются вузы, любовь студентов. Но все это, оказывается, сегодня не имеет цены, ибо пришлось не ко двору нового ректора и было выкинуто за борт.

Давай, до свидания!

А мы хотим вспомнить тех, кому не разрешили продолжить работу в родном для них университете.

Юрий Захаров – доктор химических наук, профессор, член-корреспондент РАН, действующий член Международной академии высшей школы, лауреат премий Совета министров РСФСР и Правительства РФ, заслуженный деятель науки РФ, единственный в Сибири с таким набором наград и званий штатный профессор вуза.

Юрий Захаров. Фото: kemsu.ru. Автор: Дмитрий Кирчанов

Захаров руководил Кемеровским госуниверситетом с 1978 по 2005 годы, являясь председателем совета ректоров Кузбасса. Время его правления коллектив университета вспоминает как эпоху становления и расцвета вуза. Юрий Александрович основал и возглавил единственную в Кузбассе научную школу по физике и химии твердого тела, имеющую статус ведущей научной школы России, а также научную школу материаловедения и углехимии СО РАН, подготовил 16 докторов и 39 кандидатов наук. Под его руководством проводились исследования взрывчатых веществ, на основе этих исследований были созданы новые материалы, применяемые в оборонной и космической отраслях.

По сути именно Захаров от лица университетских профессоров благословил Просекова на ректорство. И именно Просеков в 2018 году сначала странным образом «исключил» Захарова из Ученого совета вуза, а затем, в нарушение всяческих моральных и этических норм, являясь председателем совета, призвал этот самый Ученый совет проголосовать против его кандидатуры в конкурсном отборе на профессорское место. Ученый совет не ослушался, и внушительная фигура Захарова перестала существовать для университета.

«Это – беспрецедентный случай, – отметил Юрий Александрович. – Ни в одном вузе Сибири такого не происходит. Жаль моих аспирантов и докторантов, которые теперь пребывают в полной неопределенности и не понимают, как заканчивать свои работы, почти готовые к защите».

Владимир Шабашев – доктор экономических наук, профессор, академик Международной академии наук высшей школы и Академии гуманитарных наук, заслуженный работник высшей школы РФ, почетный профессор Кузбасса.

Владимир Шабашев. Фото: https://vk.com/kemsu_ru

Владимир Алексеевич работал в КемГУ с 1974 года, имеет 54-летний научно-педагогический стаж, подготовил для университета и области плеяду докторов (10) и кандидатов (30) наук. Но Шабашев, как и Захаров, оказался не у дел.

В феврале этого года он подал документы для прохождения по новой конкурсной системе на профессорское место. Претендовал на 0,5 ставки вместе со своей ученицей. Однако при определении эффективности его пятилетней деятельности члены конкурсной комиссии почему-то уменьшили результаты работы в 2,5 раза. Заметив досадную ошибку в подсчетах, Владимир Алексеевич задал вопрос председателю комиссии – как такое могло получиться. Но внятного ответа не услышал. Посчитав это грубым нарушением своих интересов, всегда прямой и педантичный Шабашев снял на Ученом совете университета свою кандидатуру с голосования.

«За месяц до голосования у меня состоялся разговор с ректором, – рассказал Владимир Алексеевич. – Я предложил разделить эти 0,5 ставки между мной и моей ученицей, которая была не против, тем самым решить конфликтную ситуацию. Но он отказал, сказав, что остальные начнут просить того же».

Примечательно, что незадолго до проведения конкурса Владимир Алексеевич позволил себе открыто не согласиться с ректором еще в нескольких вопросах. Высказал недовольство в отношении действующей внутри университета «уравниловки» в угоду преподавателям без «степеней». А затем критически высказался по теме пропавшей после ремонта галереи почета с именами выдающихся ученых. Видимо, сегодня нужны молчалины, а не те, кто готов задавать ректору неудобные вопросы.

25 февраля Владимир Шабашев забрал трудовую книжку из университета. И сейчас он - обычный пенсионер с богатым профессорским прошлым.

Анатолий Мартынов – известный всему миру ученый. Доктор исторических наук, профессор, академик Академии естественных наук, заслуженный деятель науки РФ, Почетный гражданин Кемеровской области, отработавший в университете 64(!) года. Анатолий Иванович – автор первого и на сегодняшний день единственного для вузов учебника по археологии, которым пользуется вся Россия и страны СНГ. Именно Мартынов является создателем музея-заповедника «Томская писаница». Именно он открыл на базе университета первую в Сибири кафедру археологии и дал жизнь этому научному направлению. Под его авторством изданы монографии в США и Венгрии, опубликованы научные статьи в Италии, Франции, Германии, Китае. Но университету он оказался не нужен.

Анатолий Мартынов. Фото: kemsu.ru

Сначала, в 2017 году, Мартынова перевели на 0,2 ставки в научное управление главным научным сотрудником, не дав кафедральной нагрузки. А в августе 2019 года у Анатолия Ивановича закончился контракт. Написав ректору заявление о продлении, профессор получил отказ и предложение потерпеть до декабря. Мол, в конце года будет проводиться конкурс, и Мартынов со своими регалиями и заслугами непременно по нему пройдет. Конкурс состоялся, но имени Анатолия Ивановича даже в списках претендентов не было. Доцент, который занял его место, имел значительно меньше научных заслуг, но был, видимо, интереснее для новой университетской власти, чем 87-летний именитый ученый. Однако «новый друг» через пару месяцев после избрания с легкостью променял КемГУ на более выгодное приглашение. У Мартынова забрезжила надежда. Но шанса вернуться ему все равно не дали. И причин не объяснили. Вероятно, как и с Шабашевым, не хотели создавать прецедента.

«В одной из бесед ректор совершенно серьезное (наверное…) предложил мне поменять профессию, заняться чем-нибудь другим, – рассказал Мартынов. – Ну чем может заняться Анатолий Иванович?.. С удочкой, что ли, сидеть? Я весь в науке, но господин Просеков этого не понимает…»

Сегодня бывший профессор КемГУ Анатолий Мартынов, отказавшись от приглашения казахстанского международного университета в Астане, по заказу издательства «Юрайт» (г. Москва) готовит десятое издание своего учебника, ведет активную научную переписку, а параллельно безуспешно пытается вернуться в родной КемГУ, без которого не мыслит собственной жизни.

Виктор Желтов работал в университете с 1980 года. Политолог, доктор философских наук, профессор, член Академии социальных наук, автор 63 изданных и переизданных монографий сначала болезненно пережил расформирование собственной кафедры политических наук, одной из сильнейших кафедр университета, которую сперва перевели на исторический факультет, а затем разделили по двум кафедрам. Вскоре Желтова настигла та же участь, что и коллег. Нагрузку профессору уменьшили до 0,5 ставки, потом – до 0,2, а по истечении его контракта сообщили, что участвовать в конкурсе он права не имеет, так как до голосования допускаются только обладатели полных ставок. Вот такая получилась незамысловатая многоходовка.

«Я духом не падаю, – признался Желтов. – У меня одна проблема – посылка с книгами из Парижа задерживается (смеется). А вообще, конечно, творится страшное. Хорошо, что губернатор это понимает. Он как-то сказал, что высшее образование в Кемеровской области находится в плачевном состоянии, его практически нужно создавать заново. И я с ним полностью согласен».

Сейчас Виктор Желтов больше не профессор КемГУ, но без дела он не сидит. Готовит к изданию новый научный труд. А параллельно совместно с Национальным антитеррористическим комитетом работает над федеральной Стратегией противодействия экстремизму и терроризму. В перспективе – открытие в Кузбассе местного представительства ведомства, которое будет координировать эту работу в СФО.

Доктор философских наук, профессор, член Академии социальных наук Владимир Щенников, также отработавший в университете не один десяток лет, был крайне удивлен результатами конкурсного голосования – 53:0 не в его пользу. Результат был озвучен без обсуждения и крупных замечаний. Просто все единогласно проголосовали против.

25 лет Владимир Петрович заведовал кафедрой философии и планировал избраться на шестую пятилетку. Подал документы, одержал безусловную победу на кафедральном голосовании, а на первом после объединения двух вузов большом Ученом совете потерпел фиаско с разгромным счетом. Этот результат у многих вызвал вопросы, ответов на которые по установившейся в университете традиции давать никто не спешил.

«Я так понимаю, что все дело в указании сверху, которое ориентируется на министерское требование привести российские вузы к цифровому соответствию: 1 преподаватель на 12 студентов, – рассуждает Щенников. – Главное же – показать Министерству, что добился этой цифры. Если уволил профессора, тебя ругать никто не будет. А вот если цифры не совпадут – накажут. И вот тут запускается русская рулетка: у кого срок контракта подходит – того и в мясорубку. Почему я так понял? Потому что мне поступило «заманчивое» предложение от ректора: «Если хотите работать, ищите и приводите студентов, за счет которых мы увеличим количество ставок», – сказал мне господин Просеков»».

Валерий Зникин, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ, ушел из университета сам в 2017 году, когда юридический факультет настигла реструктуризация. Превращение сильного на тот момент юрфака в институт с магистратурой и бакалавриатом профессора не прельстило, он спрогнозировал катастрофическое падение качества юридического образования и открыто об этом заявил. Чтобы не допустить юридического краха в вузе, Зникин предложил свою кандидатуру на должность директора юридического института КемГУ, но выборы проиграл. После чего покинул университет.

Фото: Зникин.рф

Не являясь специалистом в области трудовых отношений, Валерий Колоссович детально анализировать ситуацию профессорских гонений с юридической точки зрения не стал, однако отметил, что практика заключения срочных (а если быть более точными – краткосрочных) договоров с преподавательским коллективом не уникальна.

«Она свойственная многим вузам России. И сегодняшнее законодательство это допускает, – отметил профессор. – Однако, как и любым допущением, этим также нужно пользоваться с умом и во благо. В КемГУ же эту законодательную лазейку применяют для реализации коварного плана руководства. Держать маститых академиков рядом долгое время, не имея шанса сдвинуть их при необходимости, опасно, ведь доказать несоответствие занимаемой должности для увольнения будет гораздо сложнее, чем сделать это по истечении срока годового контракта. И объяснять причины не нужно – контракт истек, по конкурсу не прошел/не выбрали».

Да, сегодня преподавателю, который вдруг стал неугоден, запросто можно сказать: «Работы для вас больше нет». Причем «сказать» – это в лучшем случае. Разговора и слов благодарности за работу удостоились далеко не все. Кого-то из заслуженных ученых, отдавших университету десятки лет жизни, просто перестали пускать на порог, уведомив об этом бездушной бумажкой или сухим телефонным отказом.

Те профессора, которым продлили контракты на короткий срок (многим на период меньше года), находятся в подвешенном состоянии, но участь свою предвидят. Среди таких висящих на волоске – Анатолий Поплавной, доктор физико-математических наук, профессор, заместитель председателя совета по защитам диссертаций, заслуженный деятель науки РФ. Ему любезно дали поработать, определив срок в 10 месяцев вместе с отпуском. Но уже сейчас вместо его имени в документах упоминается кафедра, а Анатолий Степанович, проработавший в университете заведующим кафедрой теоретической физики, а затем деканом физического факультета с 1974 года, с опаской рассказывает свою историю, чтобы не спровоцировать более ранее расставание с университетом. Ведь на его глазах десятки именитых коллег были без объяснений и слов благодарности выставлены за порог. Механизм банальный, предсказуемый и для ученых такого уровня крайне унизительный. Был профессор – и нет профессора.

За последние четыре года КемГУ потерял профессоров, отработавших в университете более 30 и даже 50 лет:

- доктора химических наук, профессора Александра Мороза;

- доктора химических наук, профессора Владимира Ананьева;

- доктора филологических наук, профессора Людмилу Ходанен;

- доктора педагогических наук, профессора Татьяну Чурекову;

- доктора педагогических наук, профессора, академика МАН ВШ Наталью Касаткину.

И многих других. Сегодня от многих из них в КемГУ не осталось и следа. Их имена вымарали из истории вуза. Нет их теперь в галерее почета, которую пытался отстоять Шабашев. Нет и на официальном сайте КемГУ. В исторической справке – лишь безымянные вехи, где значатся победы университета в соцсоревнованиях, открытие Центра здоровья, получение комсомольских вымпелов и т.д., но ни одного профессорского имени и уж тем более перечня их достижений здесь нет. Как нет их и в других разделах сайта. По крайней мере нам такой информации найти не удалось. А значит, нынешние студенты вряд ли когда-нибудь узнают, какие авторитетные ученые работали и преподавали в их университете.

Никто не защищен

Но самое страшное в том, что процесс «выдавливания» ученых с весомым багажом заслуг и званий продолжается. «При сохранении таких темпов кадрового секвестрования в обозримом будущем университет как научная среда просто перестанет существовать, – считает Юрий Захаров. – Новая администрация шаг за шагом захватывает территорию университетской автономии. Под благовидным лозунгом повышения эффективности управления и конкурентоспособности вуза уничтожены целые кафедры и старейшие научные школы, отчасти разрушены и продолжают разрушаться диссертационные советы, в Ученый совет тихой сапой введено подавляющее большинство членов «по должности», то есть представителей администрации. И как результат – предельная непрозрачность конкурсной системы и полная правовая незащищенность преподавателей. Получается, выкинуть из университета могут любого без объяснения причин и без соблюдения элементарных норм человеческой морали. И это лишь верхушка абьюзивных отношений, которые администрация выстроила с преподавательским составом».

Заметим, что так считают не один-два выживших из ума старика-профессора, а десятки интеллигентных и заслуженных ученых.

И это в то время как Трудовой кодекс и федеральные законы гарантируют в государственных университетах, в отличие от коммерческих фирм, коллегиальность, открытость процедур управления и целый ряд академических прав и свобод. На деле же все выглядит совершенно иначе: захотел – продлил краткосрочный контракт, не захотел – не продлил.

К сожалению, как справедливо отметил профессор Зникин, это порочная практика не только Кемеровского университета. Сейчас на федеральном уровне готовятся поправки в Трудовой кодекс, которые бы помогли защитить преподавателей. В частности, позволят обязать работодателя заключать договоры с педагогами на общих основаниях на срок не менее трех лет. Но пока эти поправки будут утверждены в неопределенном будущем, во вполне определенном настоящем в КемГУ продолжается активная зачистка профессорских и преподавательских рядов. Старательно игнорируя принципы государственных университетов, университет в последнее время все дальше уходит от академических научных стандартов и все больше походит на коммерческую шарашку. А бюрократизация и коммерциализация, заменяющие академическое самоуправление, как известно, открывают простор для манипуляций.

SOS!

Но такое положение дел не устраивает академическую элиту Кузбасса. Четырнадцать бывших профессоров КемГУ, объединившихся против университетского произвола, составили коллективное обращение на имя губернатора Кузбасса Сергея Цивилева, в котором просят главу региона обратить внимание на разрушительную для вуза кадровую политику действующего ректора. Губернатор тревогу ученых во многом разделяет и поручил рассмотреть эти вопросы. Но развития это не получило. С одной стороны, курирующая университет и благосклонная к Просекову замгубернатора по вопросам образования и науки Елена Пахомова никакой катастрофы в университетских событиях не усмотрела. В своем ответе профессорам она указала, что не все из указанного нашло подтверждение. О том, что все-таки подтвердилось, Пахомова умолчала. Но суть ответа свелась к тому, что «в Багдаде все спокойно». А с другой стороны, против ученых играет коронавирус, который сместил все акценты и затормозил многие процессы, но не творящееся в университете, где по-прежнему в любой день можно не досчитаться кого-то из преподавателей и профессорского состава.

А пока же бывший научный оплот КемГУ борется за справедливость, грядет переаттестация вуза, в ходе которой он должен будет подтвердить свой статус. Хватит ли теперь у КемГУ научных мощей, чтобы остаться опорным, многие сомневаются. Судя по нормативным требованиям, позиция университета становится все более шаткой. Если, конечно, не вмешается пресловутая «магия официальных цифр».

Фото: kemsu.ru

Из университета уходят легенды. А вместе с ними уходит суть и основа классического образования. Уходит преемственность. Опыт. Наука в ее исконном понимании. Академизм. Наверное, уход этот улучшает статистику. Только вот отремонтированную и довольно амбициозную оболочку в силах создать любой топ-менеджер. Но не любой может наполнить ее научными открытиями и высочайшим уровнем образования, подобающим классическому вузу. А без всего этого крупнейший кузбасский университет – всего лишь мыльный пузырь, сверкающий снаружи, но пустой внутри. А его ректор, так жаждущий войти в историю в качестве прогрессивного созидателя, похоже, рискует остаться в ней в образе недальновидного и беспощадного разрушителя.