Спасти зависимого ребенка может только жесткая родительская любовь

Не говори, не чувствуй, не доверяй

06.06.2018 в 08:19, просмотров: 550

Эти три правила, вынесенные в заголовок нашей статьи, трудно применять в отношении близких людей, особенно – собственных детей. Но порой случается так, что спасти родного человека можно, только отойдя в сторону, передав ему ответственность за свое поведение и жизнь в целом, заставив действовать самостоятельно, а не рассчитывать на помощь близких. Да, мы все выросли с убеждением, что любить – это значит защищать, уводить от опасности, облегчать боль и страдания, жертвовать собой. И такая любовь естественна, но в здоровых отношениях. В случае же с зависимостью все наоборот... Подробнее об этом нам рассказала клинический психолог Кемеровского областного наркологического диспансера Анжелика Иванова.

Спасти зависимого ребенка может только жесткая родительская любовь

СКОВАННЫЕ ОДНОЙ ЦЕПЬЮ

Наверняка каждому известны реальные жизненные истории о том, как великовозрастный сын-алкоголик бросил работу, сидит дома, тянет из родителей деньги и жизненные соки, а порой избивает и шантажирует их. Или продал последний стул ради дозы. А мать спонсирует его, терпит издевательства над собой, жалеет и оберегает от всяческих невзгод. Сюжеты могут быть разными, но суть одна: с мужем можно развестись, с соседом разъехаться, с родственником не общаться. И лишь родители, а чаще всего мать, часто не в силах сбросить с собственной шеи поддавшееся пагубной зависимости дитятко и до конца готова разделить с ним все. Во избежание огласки и общественного осуждения она долго выстраивает защитные баррикады даже от родных и близких, скрывая все, что происходит в семье. Но со временем скрывать очевидное становится невозможно, и родители начинают испытывать чувство страха, вины, гнева. Эти чувства психологи называют токсичными, то есть разрушающими человека изнутри. И решить проблему становится все труднее и труднее. Упуская время, родители лишь усугубляют ситуацию и, более того, сами попадают в зависимость от зависимого ребенка. Начинается взаиморазрушение.

Специалисты дали определение этому состоянию, назвав его созависимостью. Созависимые (эмоционально и даже физически зависимые от своих детей) родители бывают зачастую гиперответственны и поначалу давят гиперконтролем: они принимают за ребенка все решения, определяют, куда он поступит, с кем будет жить, где работать, чем заниматься. Если их чадо попало в зависимость, берут на себя и ответственность за действия, которые совершает их ребенок в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. В итоге у зависимого не формируется ни чувство ответственности, ни причинно-следственные связи. Нет элементарного понимания: если я украду – я сяду, если не буду работать – буду голодать. Ведь когда он должен был бы ответить за свой поступок, появляется сердобольная мама, которая возместит ущерб, заплатит долги или просто договорится, то есть найдет любые пути, чтобы ее непутевое чадо не столкнулось со страшными последствиями своего поведения.

«Поступая таким образом из раза в раз, родители лишают ребенка всякого шанса на выздоровление, – поясняет Анжелика Иванова.

А. Иванова.
– Ведь они сами создают условия для паразитического образа жизни. К тому же постоянное пребывание родителей в состоянии стресса становится прекрасной почвой для развития у них самих психосоматических заболеваний и глубоких депрессий, которые иногда приводят к непоправимому».

Мало кто из родителей задумывается о серьезности этого состояния. Тем более что все силы брошены на войну с невидимым врагом, и думать о себе просто некогда. Таким образом родители методично разрушают собственное «я», растворяясь в уничтожающем себя и их ребенке. И неминуемо гибнут оба.

«Рассмотреть проблему и оценить ее масштабы родственникам зависимого мешает один из признаков созависимости – отрицание, или азоногнозия, – поясняет Анжелика Владимировна. – Родительское сознание блокируется от любой внешней информации. Оно воспалено и ограничено, а поэтому не готово принимать очевидные вещи. Родители не только не просят о помощи специалистов, но и всячески скрывают свою проблему. Только вот если мать и отец, живущие с зависимыми детьми, первыми не станут подниматься из своего ада, то вскоре некому будет помочь и их ребенку».

ЗАМКНУТЫЙ ТРЕУГОЛЬНИК

Отношения между зависимым ребенком и созависимым родителем зачастую развиваются по так называемому треугольнику Карпмана. Он состоит из трех психологических ролей – спасателя, преследователя и жертвы. Эти роли постоянно чередуются. При этом человек может застрять в одной роли на годы, а может сменить ее несколько раз в течение одного дня или даже часа. «Жертва – излюбленная роль зависимого человека, – дополняет психолог. – К примеру, пришел ребенок домой в состоянии алкогольного опьянения. В этот момент на него обрушивается шквал обвинений и оскорблений со стороны родителей. Ребенок в данной ситуации находится в роли жертвы, а родители примеряют на себя роль преследователей. Далее жертва трезвеет, маме становится жалко своего ребенка, она винит себя в случившемся, начинает играть роль спасателя и даже может дать ему денег на дозу или принести рюмочку, чтобы облегчить страдания. А ребенок тем временем занимает позицию преследователя и начинает обвинительную речь: «Это ты плохая, ты меня не понимаешь, я пью из-за тебя». Роли поменялись. Или, движимый чувствами вины и душевной боли, ребенок переходит в позицию спасателя, начинает дома устранять последствия своего употребления, готовить обед, стирать. Эта постоянная хаотичная смена ролей присутствует во всех зависимых семьях. И главная ошибка родителей – их согласие на роль спасателя. Не нужно никого спасать таким образом! Совершил ребенок ошибку – пусть сам за нее ответит. Многие мамы спрашивают: как же я не буду его кормить и одевать? Я же мать или он же мой сын! Конечно, если речь идет о несовершеннолетнем подростке, родитель обязан обеспечивать его безопасность. Но это не означает, что вы должны выполнять все его прихоти. Если сын вынес из дома всю технику, значит, пусть ест картошку и капусту. Хочешь мяса – заработай, купи и не употребляй наркотики или алкоголь. Если же речь о взрослом отпрыске, который ведет иждивенческий образ жизни, здесь вообще не стоит бояться резких телодвижений. А многие боятся, считая, что их запреты и ограничения могут привести к плачевным последствиям и полному разрыву с родителями. Важно понимать: история в любом случае закончится плачевно, но, если вы будете жесткими и последовательными, у вас и вашего ребенка появится шанс».

НА ПУТИ К ВЫЗДОРОВЛЕНИЮ

Как оградить ребенка от разного рода зависимостей – тема отдельного разговора. Здесь же мы будем принимать этот факт как уже свершившийся: ребенок стал зависимым – что с этим делать? Для решения проблемы родитель должен начать с себя, советуют специалисты. «Все зависимые – жуткие эгоисты и эгоцентристы, – поясняет Анжелика Владимировна. – Они любят хорошо одеваться, кушать, спать на чистом. И когда родственники безапелляционно меняют свое отношение и перестают вестись на манипуляции, лишая зависимого ребенка привычного комфорта, он начинает думать по-другому. И в желании сохранить привычный жизненный уклад начинает предпринимать для этого какие-то действия. В этом деле могут помочь только жесткость, твердость и настойчивость. Только создав мотивационный кризис, можно чего-то добиться. В моей практике был такой пример. Мама наркозависимого сына была доведена до отчаяния. Он категорически отказывался от лечения, продолжал употреблять «соль» и буквально погибал у нее на глазах. В какой-то момент она приняла для себя решение и перестала пускать его домой. Просто выносила каждое утро на лестничную площадку пакетик с едой и закрывала дверь. Все соседи видели это, но мама обратилась за помощью к специалистам, отделилась от ребенка и смогла перебороть в себе страх осуждения. Месяц ее сын жил в подъезде и ночевал в подвале. В конце концов он пришел к матери и попросил, чтобы она ему помогла. Его устроили в центр и спасли. А если бы мать проявила мягкость и отступилась от принципов, все могло бы завершиться совершенно иначе.

Необходимо соблюдать некоторые правила в отношении зависимого. Во-первых, не нужно угрожать зависимому ребенку, обвинять его в случившемся, критиковать, читать лекции, пытаясь что-то доказать и наставить на путь истинный. Нравоучения в борьбе с этой бедой принесут немного пользы. В лучшем случае ребенок вас проигнорирует, а в худшем – вы спровоцируете его на агрессию. Лучше дайте ему честную информацию о его неподобающем поведении. Начните относиться к нему как ко взрослому. Не нужно больше «спасать» своего зависимого ребенка, руководствуясь чувствами жалости и сострадания. Зависимый человек со смещенной системой жизненных принципов и приоритетов вряд ли оценит ваш душевный порыв, зато сделает свои выводы – манипуляция удалась, можно дальше вить из вас веревки. Позвольте ему страдать и дайте возможность нести ответственность за все последствия его поведения и злоупотреблений. Не нужно больше ни принимать, ни выпрашивать пустых обещаний. Научитесь отклонять их и перестаньте считаться с ними в реальной жизни. Ведь чем только не поклянется наркоман, который хочет заполучить дозу, да и просьбы и клятвы алкоголика тоже гроша ломаного не стоят. И, наконец, перестаньте скрывать, что ваша семья в беде, что вы нуждаетесь в помощи. Начните открыто говорить об этом со своими близкими и зависимым. Только при соблюдении этих правил можно добиться результата. Будет сложно. Но не сложнее, чем всю жизнь тянуть лямку за себя и своего ребенка, пребывая в состоянии постоянной тревоги и страха. Хватит все тащить на себе! Зависимые люди – далеко не дети, помните об этом. Дайте им возможность отвечать за свои поступки и жизнь».

ГЛАВНОЕ – НЕ ЗАМЫКАТЬСЯ

Еще очень важный момент: если в ваш дом пришла беда, обратиться за помощью к специалистам не стыдно. При том что сегодня в Кемерове работают группы помощи созависимым родителям. Одну из них на ул. Карболитовской, 15 ведет Анжелика Иванова. Три другие организованы самими родителями, которые готовы поделиться собственным опытом выздоровления. Для всех желающих вход свободный, а участие абсолютно анонимно.

«Благодаря групповым занятиям созависимые могут идентифицировать себя и найти поддержку среди понимающих людей, – рассказала Анжелика Владимировна. – Ежегодно к нам обращается около 1600 человек с проблемой созависимости. Единовременно группу посещает примерно 25 человек. От года к году эта цифра увеличивается. Не потому что зависимых становится больше, а потому что люди начинают осознавать ситуацию и доходить до нас. В группе они общаются с теми, у кого получилось справиться с проблемой, а значит, может получиться и у них. Обязательно эту группу посещают родители наших пациентов, которые находятся в стационаре. В основном это женщины, и 70% из них – матери».

На этих занятиях учат передавать ответственность ребенку за его действия, учат последовательности. «Родители зачастую говорят одно, а делают совершенно другое, – объясняет психолог. – В семьях наркозависимых часто вовсе отсутствуют какие-либо правила. Сегодня можно – завтра нельзя. Сегодня дам деньги – завтра не дам. У зависимого нет четкого понятия, что хорошо, а что плохо, возникает проблема с границами. Мы учим, как правильно общаться с такими людьми – открыто, честно, откровенно. Мы учим, как противостоять манипуляциям, как выходить из конфликтов, как приводить себя в норму. И люди меняются. Эмоционально опустошенные созависимые мамы постепенно возвращаются к жизни. Вместо мрачной одежды начинают появляться яркие цвета, макияж, прическа. Шутки появляются! На первых занятиях пришедшие ведут себя настороженно, порой даже скептически: усаживаются подальше, замкнуты. Но буквально одно-два занятия, и женщины начинают подсаживаться ближе, участвуют в разговоре, идут на контакт. И самое главное – родители признаются себе и окружающим в том, что они созависимы. А значит, признают факт проблемы и встают на путь выздоровления. Я часто говорю созависимым родителям, что начинать этот сложный путь нужно с себя. Ведь даже при катастрофах, чтобы спасти ребенка, первым кислородную маску должен надеть родитель».