Откровения кемеровских ассенизаторов шокируют горькой правдой

Городские отходы сливают куда придется – по-другому не получается

21.11.2018 в 11:18, просмотров: 19941

Последнее время в редакцию «МК в Кузбассе» начали поступать обращения кемеровчан с жалобами на работу ассенизаторских машин. Чаще всего недовольство людей связано с тем, что спецтехника сливает жидкие бытовые отходы в неположенных местах. Мы решили выяснить, что толкает ассенизаторов на подобные нарушения. Два представителя этой профессии на условиях анонимности согласились откровенно поговорить с нами о своей работе и рассказать о ее сложностях и существующих проблемах в надежде достучаться до властей.

Откровения кемеровских ассенизаторов шокируют горькой правдой

Вынужденные нарушители

XXI век, а работы у золотарей хоть отбавляй. Мало того что весь частник сидит на выгребных ямах, огромное количество крупных организаций также не имеет выхода в канализационную систему. В их числе – школы детские сады, больницы и даже угольные компании. Спасают город от нечистот Спецавтохозяйство (САХ) и частники-ассенизаторы. Десять лет назад, в 2008 году, их было всего три человека, а сейчас – порядка тридцати. Город растет, производит все больше ЖБО, но и конкуренция вырастает. И все бы ничего, уживаться ассенизаторы со временем научились, делить владения тоже, только вот есть одна серьезная проблема, в решении которой они бессильны. На Кемерово и Кемеровский район ассенизаторам доступен один (!) на всех приемный коллектор, куда они сливают жидкие бытовые отходы. Да и тот, по их словам, – неофициальный! Находится он на улице Баумана и является местом встречи всех ассенизаторских машин города и пригорода.

«У нас просто нет разрешенного места для слива, – рассказал один из первопроходцев ассенизаторского бизнеса в Кемерове (назовем его Александр). – Мы все априори являемся нарушителями – бери и штрафуй любого. Вот только выхода и выбора нам никто не предоставил. Сами подумайте: я обслуживаю крупные организации в городе. У меня несколько машин. Но, несмотря на это, если бы мы не выкручивались и не обманывали в поисках мест слива, мы бы ничего не успевали. Канализации у этих организаций нет, только сливные ямы, а емкости большие, в каждом месте закачивается по две-три машины. Поэтому мне пришлось приобрести в кредит КамАЗ, чтобы не делать несколько рейсов. Из Пионерки, Бутовки, Комиссарова и других довольно отдаленных мест нам приходится возить ЖБО на Южный.

Раньше почти в каждом районе были такие же неофициальные, но действующие приемники. Чтобы не сливать отходы куда попало, мы приезжали, договаривались с местной администрацией, получали от нее разрешение и пользовались ими. Например, нам давали точку на трамвайном кольце в Кировском районе. Мы нашли общий язык с властями и местными жителями и долго сливались туда. Было у нас место слива и на Пионерке, на повороте на грузовую дорогу, Рудник разрешал сливаться возле кладбища, там нет жилых домов поблизости. За «Азотом» в поселке Горняк тоже было место рядом с дорогой после переезда. Все отходы, которые мы сливали по этим точкам, уходили на очистные сооружения. А в этом году по каким-то причинам все эти места засыпали и закрыли. Где-то железнодорожники пожаловались на запах, где-то полиция, где-то сами жители – и все, остался только Южный. И то иногда и туда полиция приезжает по заявлениям жителей и железнодорожников и начинает нас гонять. А страдают-то в итоге люди».

Только вот, похоже, и это место слива скоро придет в негодность. Раньше за ним на добровольных началах следило Спецавтохозяйство: то щебенки подсыпет, то трубы пробьет, которые имеют свойство периодически забиваться. А сейчас, когда туда началось паломничество частников, САХ с себя эту ответственность сняло и руки умыло. И место слива ЖБО потихонечку разрушается. К тому же, насколько нам стало известно из неофициальных источников, земли с коллектором перешли в частные руки, поэтому не исключено, что и это место скоро станет недоступным для ассенизаторских машин. И что в этом случае делать работникам жизненно важной сферы – никто сказать не может. Вот такой казус – отходы собираем, а девать их, по словам ассенизаторов, некуда.

«Мы всюду обращались по этой проблеме, – рассказал второй наш собеседник. – Глава поселка Ягуновского хотел обустроить для нас эти сливные колодцы, но администрация города ему не разрешила. Власти нам сообщили, что для обустройства одной такой точки приема нужно пять миллионов рублей для установки ограждения, отсыпки территории, организации освещения и т.д. А бюджет такими средствами не располагает. Обращались к СКЭКу, с которым у нас заключен договор (в аренде у компании СКЭК находятся системы водоснабжения и водоотведения города. – Прим. ред.), но и у них денег нет, да и необходимости, похоже, тоже. Я им по документам деньги плачу за то, что сливаюсь даже через неофициальный коллектор, и их это, видимо, вполне устраивает. Дали бы нам в каждом районе по точке, сделали бы их платными, мы бы сами все оборудовали – поставили забор, отсыпали щебенкой. Системы там уже есть, трубы проходят – никаких особых вложений и реконструкций не нужно. Дайте нам только разрешение. Но и этого добиться не можем. Как дальше работать – не понимаю».

Перевозчики «взрывчатки»

Свою первую ассенизаторскую машину Александр купил в 2008 году. В 2009 открыл ИП. «Тогда любой желающий мог просто купить машину и работать, – рассказал ассенизатор. – Теперь же нет. Во-первых, до 2015 года класс опасности перевозимого нами груза был 5-й категории, учиться не нужно было. Это окисляющие вещества, которые не являются горючими сами по себе, но выделяют кислород и тем самым могут вызывать или поддерживать горение. А сейчас класс опасного груза подняли до 4-й категории. То есть ЖБО оказались взрывчатым веществом... Наверное, это сделали, чтобы денег больше собирать в ходе специального обучения водителей. Потому что теперь мы должны проходить обучение на базе автошкол для получения права перевозить эти самые взрывчатые вещества. Иногда сотрудник ДПС останавливает, спрашивает: «Какой бензин везешь?» А я ему в шутку отвечаю: «Взрывоопасный! Хочешь, отолью?».

На город Кемерово и Кемеровский район выделена одна точка слива ЖБО

Плюсом ко всему для работы с крупными организациями с ассенизаторов начали требовать лицензию. «Раньше эта деятельность была нелицензированная. А теперь приходится заморачиваться с бумагами, – добавил наш второй собеседник. – Собрать их непросто, у каждой – свой срок действия. Пока одну оформляешь, по второй возникает просрочка. Иногда на все про все уходит до полугода. Я оформлял для себя лицензию через фирму, заплатил за это 150 тысяч рублей. Но не жалею, потому что требования там, конечно, невыполнимые. Мелкому частнику соответствовать им очень сложно. К примеру, нужен гараж с вентиляцией, освещением, отдельной комнатой для приема пищи и гардеробом, также должен быть договор на мойку. Приходится хитрить и здесь. Потому что оплачивать такой бокс нереально. По этой причине мелкие частники пока лицензию не оформляют. Но если сотрудникам ГИБДД будет дана команда проверять наличие этих документов, то многие окажутся в непростой ситуации. Плюс контроль Росприроднадзора и Роскомнадзора и других экологических организаций. Требований много, а элементарных условий для их исполнения нет.

Да что говорить об экологии. У нас ПДД для ассенизаторов соблюдать не получается. Наши машины считаются спецтехникой, как скорая помощь или пожарные автомобили. Нам должно быть разрешено заезжать под знаки, запрещающие движение грузовых транспортных средств. Ими перекрыты въезды почти во все дворы частного сектора. Очистка выгребных ям – это социально значимая услуга, мы должны это делать. А нас штрафуют почему-то за проезд под знак… И едем всегда на свой страх и риск».

Тонкости профессии

Непосредственно ассенизаторскому делу нигде не учат. Достаточно получить категорию водителя, которому разрешено перевозить опасный груз соответствующего класса. Остальные знания работники получают опытным путем и в ходе стажировок. Иногда ошибки ассенизатора стоят очень дорого. «Люди чего только не бросают в туалеты и сливные ямы, – рассказал Александр. Ассенизатор должен уметь услышать шум постороннего предмета в шланге. Иначе возможна серьезная поломка. Бочка просто может «щелкнуть» и даже сложиться от вакуумного напора. В моей практике таких случаев, к счастью, не было, но это весьма распространенная история. Бочка, конечно, сменная, они имеют ограниченный срок службы, потому что среда агрессивная, металл разъедается. Но сократить срок ее эксплуатации можно элементарной халатностью. Каждый такой резервуар стоит порядка 100 тысяч рублей. Чтобы прочистить шланг, его нужно продуть, то есть вставить в другое отверстие в бочке. Также нужно прислушиваться к звуку работающего насоса. Если шланг присосался ко дну или другой поверхности, насос начнет качать тяжелее, а двигатель будет задыхаться».

Нырять нашему собеседнику в откачиваемые жидкости не доводилось, но спускаться в колодец за упавшим туда шлангом случалось. «Шланг тяжелый, если резиновый – то весит около 30 килограммов, а наполненный во время откачки – все 60. Иногда выскальзывает из рук – и в путь, спускаешься, вылавливаешь, вытаскиваешь. А у ребят были случаи, рассказывали, когда из бочки все содержимое фонтаном кверху из шланга как бахнуло, оно же там под напором (смеется). Тут главное – успеть убежать».

Борьба за клиента

По подсчетам Александра, его машины делают в среднем около 300 рейсов в месяц и вывозят примерно 1000 кубов отходов. Но мужчина говорит, что конкуренция возрастает, клиент идет на цену, а профессиональной этикой и цивилизованным разделом территории сегодня никто особо себя не утруждает. «Когда работало в этой сфере немного человек, у нас были какие-то договоренности, – пояснил Александр. – Если я работаю с какой-то организацией, другой сюда уже не лезет. Сейчас же полный хаос и неразбериха. Кто-то приходит с новой машиной, работает, пока она не ломается, потом техника начинает подводить, и ассенизатор исчезает с рынка. Мои водители сейчас работают с 8 до 17 часов. Потому что в основном обслуживаем организации. А частники в борьбе за клиента реагируют на его потребности и трудятся ненормированно. Но всем понятно, что при понижении цены будет страдать качество. К примеру, раньше мы подъезжали к яме, выкачивали ЖБО, а потом, чтобы клиенту было приятно, заливали все обратно, споласкивали резервуар, поднимали ил и закачивали снова. Сейчас за те деньги, которые мы ставим за услугу с учетом расходов, никто этого делать, конечно, не будет. А многие жители частного сектора придумали себе другую экономию. Они устанавливают в выгребных ямах насос, который выкачивает оттуда всю жижу и сливает на землю прямо в огород. Мол, органика, ничем не грозит. Разве что запах терпеть приходится. Потом раз в год вызывают нас грязь со дна поднять, чтобы насос не забивался. Так и живут».

Друзья и близкие ассенизаторов их работы не стесняются. Говорят, деньги не пахнут. А те в свою очередь пытаются превратить ЖБО в золото, продолжая удивляться, почему городу не важно, куда уезжают его отходы. Уезжают – и ладно.