Ветераны бьются за память о кемеровских эвакогоспиталях, а власти молчат…

Будет ли забыт подвиг кузбасских тыловых госпиталей?

18.03.2020 в 06:54, просмотров: 1574

Мы довольно пафосно готовимся к празднованию 75-летия Победы. Почти все крупные региональные мероприятия приурочены к этой дате. 2020 год провозглашен годом Памяти и славы. Но когда говорится много громких слов, всегда возникает вопрос об их глубине и искренности. Мы решили понять это, объехав места расположения кемеровских тыловых госпиталей. Что осталось от их подвига в памяти кемеровчан и истории города? Забегая вперед, скажем: не все так радужно.

Ветераны бьются за память о кемеровских эвакогоспиталях, а власти молчат…

Напомним читателю, что Кузбасс в годы войны назывался госпитальной страной Советского Союза. На его территории расположились свыше 70 из 280 сибирских эвакогоспиталей. Они начали появляться в Кемерове в июле 1941 года и просуществовали в регионе почти до конца войны, вернув в строй чуть ли не половину своих тяжело раненых солдат. Деятельность их во многом была засекречена. Поэтому многие умершие в кузбасских лазаретах до сих пор числятся пропавшими без вести. Из-за секретности медперсонал и вольнонаемные работники были лишены героического тылового стажа. Госпитальная история войны до сих пор восстанавливается по крупицам. С таким же трудом сохраняется и память о них.

Первую попытку не допустить забвения подвига кемеровских военных врачей предприняла председатель комиссии по здравоохранению Совета ветеранов Центрального района Жанна Чупрова. Сегодня Жанне Михайловне за 90. Когда вся страна и Кузбасс в том числе 10 лет назад готовились к празднованию 65-летия Великой Победы, она объехала места, где в годы войны находились кемеровские эвакогоспитали. Оказалось, не все они были отмечены памятными знаками. Жанна Михайловна встречалась с руководителями организаций, в зданиях которых находились лазареты, вручала им распечатки с информацией о госпиталях, добивалась размещения мемориальных табличек.

С тех пор прошло 10 лет. До очередного юбилея Победы осталось всего ничего, в Кемерове до сих пор память о подвиге тыловых госпиталей не увековечена должным образом.

Есть надежда!

Объезжая места расположения эвакогоспиталей, мы заметили, что бережнее всего чтут память подвига врачей в кемеровских школах, где в военные годы располагались лазареты. Восемь кемеровских школ предоставили свои здания для нужд раненых. Сегодня из них в областной столице осталось всего три. И все они достойные наследники Победы.

У учеников школы №19 нет шансов забыть о роли Советской армии и родного Кузбасса в Великой Отечественной войне. Школа находится на улице Назарова, прямо на набережной Кировского района. Мало того, что сама улица носит имя героя Советского союза Ильи Назарова, так и школа №19 буквально окружена военными мемориалами: рядом - монумент воину-победителю, мемориал комсомольцам Кузбасса, погибшим в годы Великой отечественной войны, стела в виде звезды с фотографией героя и стихами Булата Окуджавы.

Сразу две мемориальные доски размещены на ее фасаде. И за ними – удивительная история. На одной увековечена память о Герое Советского Союза Владимире Евсеенко, который до войны учился в этой школе, ушел из нее на фронт, а потом волею судьбы вернулся в родные стены, но уже пациентом расположенного в ней госпиталя.

Мемориальная доска о самом эвакогоспитале №3629 находится с другой стороны от школьного входа. Мимо нее не пройти.

Интересно то, что за неё школе пришлось побороться. Появилась она здесь только в феврале этого года. «Дело в том, что в 2000 году, когда проходила реконструкция школы, нашу табличку разместили на соседнем здании по улице Назарова, 9, где сейчас располагается областная ДЮСШ, – рассказала директор школы №19 Ольга Соловьянова. – Долгое время мы пытались ее вернуть, делали даже собственные деревянные таблички с номером госпиталя. И только сейчас смогли доказать историческое право на нее».

Госпиталь заехал в здание школы в августе 1941 года. Он прибыл из Харькова и был рассчитан на 800 общехирургических, терапевтических и травматологических мест, а в 1943 году начал принимать ампутантов. Под него было отдано не только школьное здание, но и соседствующее с ним ремесленное училище №5, которое, к сожалению, не сохранилось.

В 1943 году госпиталь №3629 остался последним в городе, поэтому был постоянно перегружен. А в октябре 1944-го он переехал в Житомир. Возглавлял госпиталь военврач 2 ранга А.М. Коган.

Заведующий школьным музеем, учитель истории Владимир Колесников вместе с ребятами подготовил в школе стену памяти с информацией и фотографиями. До сих пор ученики с педагогом штудируют городские архивы в поисках информации о солдатах, умерших от ран в стенах госпиталя и похороненных в братских могилах. Часть восстановленных имен записана на монументе «Вечная память защитникам Отечества, умершим от ран в госпиталях Кировского района», расположенном на старейшем кладбище Кемерова на улице Сурикова. Сейчас известны имена 38 человек.

После капитального ремонта о военном времени в школе напоминают выщербины на лестницах. Их решили оставить нетронутыми – как дань уважения ушедшим на фронт землякам.

А в здании областной ДЮСШ, которая 20 лет хранила мемориальную доску 19-й школы, тоже должен был расположиться госпиталь под номером 2580.

«37-я должна была принять лазарет из Ельца. Все было готово для его прибытия, – рассказал Владимир Колесников. – Но из-за обстоятельств, которые сложились на фронте, до Кемерова госпиталь так и не доехал. Вскоре его ликвидировали, но официально в исторических документах он так и остался закреплен за этой школой». О чем свидетельствует еще одна памятная табличка.

Отдаем должное всему педколлективу и ученикам 19-й за трепетное отношение к своей и нашей общей истории.

***

В школе №8 на улице Коммунистической, 14 располагалось сразу два госпиталя – №№ 2729 и 1507.

Первый прибыл в сентябре 1941 года из Белгорода. Он имел 6 отделений, был рассчитан на 600-700 общехирургических мест и разместился в двух школах – №8 и бывшей школе №10. Возглавлял госпиталь военврач 1 ранга А. И. Смирнов. В Кемерове вверенный ему лазарет находился всего около 5 месяцев и уже в марте 1942 г. был передислоцирован под Ленинград в город Тихвин. После чего в освободившееся здание был переведен госпиталь №1507. Начальником его был военврач 3 ранга В. И. Сабанский. Сюда поступали раненые из-под Москвы, Сталинграда, блокадного Ленинграда. Пробыв в городе немногим более года, в сентябре 1942-го госпиталь был переведен в Кострому.

Учащиеся школы №8 не просто каждый день проходят мимо мемориальной таблички, расположенной у входа, но и пишут научные работы по теме военных госпиталей. Благодаря своим научным изысканиям ребята теперь знают точное расположение палат госпиталя: школьный актовый зал служил душевой и лабораторией, под лестницей находился выход на улицу, кабинет военного дела был кабинетом зубного врача, в классах литературы, начальных классов, английского и немецкого языков располагались палаты, а в кабинете физики и химии – операционная. Раздевалка служила подсобкой.

Возможно, именно увлеченность местных ребят влияет и на осведомленность взрослых. Школа располагается в частном секторе. И даже жители соседних домов, к которым мы обращались с вопросом о госпиталях, знают о том, что они располагались в школьном здании.

***

Еще одной кемеровской школой, принявшей военный госпиталь, стала школа №1, сегодня имеющая статус гимназии. Там находился многопрофильный госпиталь №1027. Он прибыл в Кемерово осенью 1941 года из Харьковского военного округа с десятью медицинскими отделениями на 1200 мест. За пять месяцев работы в городе госпиталь пролечил более 1800 воинов, из них 80% вернул армии. В марте 1942 года он переехал в Ярославль.

В память о военном лазарете в 1970 году на фасаде школы была размещена небольшая, но приметная мемориальная доска. И опять вопрос о военном госпитале в этих стенах нисколько не смутил учеников гимназии. Они с охотой рассказали о том, что в годы войны в их школу доставляли тяжело раненых, здесь они восстанавливались и возвращались в строй. На вопрос, откуда они это знают, кто-то сказал, что им это рассказывали, когда знакомили с историей школы, а кто-то ответил: «Просто знаю, и все». И так, и так – хорошо. И спасибо за это взрослым.

О госпитале №1027 знают, к слову, не только сотрудники и ученики гимназии. Многие кемеровчане, с кем нам довелось поговорить на эту тему, сообщали именно о госпитале в гимназии на улице Боброва. Может, потому что центр города и табличка находится на видном месте. А, может, педагоги неформально отдают дань памяти и качественно делают свое дело.

***

Госпиталю №1242 повезло меньше. В годы войны он был расположен в школе №41, которая в дальнейшем превратилась в третий корпус Кемеровского госуниверситета на улице Ермака, 7.

В Совете ветеранов Центрального района об этом адресе высказываются с большой грустью. Корпус университета находится в самом центре города, сразу за зданием областной администрации. Но мало того, что само строение постепенно становится заброшкой, неприметная госпитальная табличка здесь, как бедный родственник, приютилась ближе к левому торцу.

Она на здании не одна. Но и вторая мемориальная доска, на которой написано, что здесь учился Герой Советского Союза Геннадий Красильников, павший смертью храбрых при форсировании реки Днепр – тоже очень показательно иллюстрирует наше отношение к памяти. Её видно издалека, но прочитать имя героя невозможно. Его закрывает новодельная звезда, закрепленная неудачно и непродуманно. Кто пришлепал ее именно так, и почему этот кто-то решил, что имя героя не важно, мы не знаем. Но надеемся, что эта досадная оплошность будет исправлена.

Само здание вот уже несколько лет закрыто. И, скорее всего, в том состоянии, в котором корпус находится сегодня, он функционировать не будет. Но останется ли табличка после его реконструкции – большой вопрос.

***

Ещё одна школа, ставшая на время военным госпиталем, – школа №4 на улице Черняховского, 2. Туда, в здание за областной библиотекой, одним из первых в июле 1941-го переехал госпиталь №1230.

Начальником его была утверждена М. Н. Горбунова – ведущий врач-гинеколог Рудничной больницы. В штате числилось более 200 человек. Госпиталь общехирургического и терапевтического профиля на 600 мест планировался изначально как инфекционный. Но огромный поток раненых уже в сентябре 1941 года изменил его профиль на хирургический. Высококвалифицированные специалисты работали над изучением остеомиелитов огнестрельного происхождения и вялотекущих раневых процессов. Уже в конце 41-го врачи умело сшивали связки, мышцы и даже нервы. Благодаря именно такой операции на кисти раненый сибиряк Г. Яненко снова смог играть на своем любимом баяне. Госпиталь имел 5 отделений, и в каждом применяли новые для того времени методы лечения и препараты: лечение физкультурой, парафином, специальной глиной, сульфазином, стрептоцидом. В апреле 1943 года госпиталь был передислоцирован в Мариинск, где занял помещение убывшего на фронт госпиталя №1401.

В освободившееся здание вернулась школа, потом с 1996 до 2009 года здесь было педучилище №2. А сейчас здание занимает Арбитражный суд и ресторан. Это современное строение с хорошим, свежим ремонтом и большой парковкой, на которой сплошь дорогие автомобили.

Охрана в суде о госпитале кое-что знает. «Ой, много чего здесь находилось. И школа, и училище, но его лет десять уж как нет. А в войну – да, слышали, что госпиталь был. Но об этом лучше в краеведческом музее, наверное, расскажут», – сообщили нам суровые мужики.

А вот гости ресторана на дорогих авто не знают и этого. Их мало волнует прошлое того места, куда они приезжают на обед. И совсем не хотят они знать, что жуют своего рябчика, возможно, в операционной или в палате, где ставили на ноги раненых.

Осведомленность персонала заведения об историческом прошлом места, где они работают, выливалась в основном в шутки о госпитальных призраках. О самом госпитале они знают, потому что служебный вход находится как раз со стороны мемориальной плиты, мимо которой им приходится ходить каждый день.

Она основательна, добротна и даже художественна. Жаль, что расположена на задворках, куда не ступает нога человека. Рядом с ней вывеска почти того же размера – «Зона разгрузки ресторана». Здесь работают грузчики. Значит ли это, что работягам память прошлого нужнее, чем «буржуям»? Не знаем.

У истоков кузбасского здравоохранения

Где, как не в больнице, должны располагаться госпитали, и кому, как не врачам, трепетно хранить память о своих коллегах? В здании травматологии третьей городской больницы на улице Н. Островского в июле 1941 года развернулся госпиталь №2495.

Его персонал составляли медработники, мобилизованные из больниц и здравпунктов промышленных предприятий города. Это были опытные медики, прошедшие довоенную выучку у известного кузбасского хирурга М. А. Подгорбунского, именем которого названа больница. А врачи, работавшие в этих госпиталях, стали родоначальниками кузбасского здравоохранения.

В октябре госпиталь №2495 был доукомплектован медперсоналом госпиталя №3328, прибывшим из Харькова. Работавшие здесь специалисты освоили методику переливания крови. Под руководством ведущего хирурга Е. П. Еланцевой работал кабинет по заготовке крови, где числилось более 30 местных доноров. В апреле 1943 года харьковский госпиталь был свернут и переведен в Ярославль, а кемеровский в 1944 году переброшен в Оршу.

Мемориальную табличку, размещенную на здании больницы, торжественно открыли 10 лет назад по инициативе Жанны Чупровой.

Возмутившись тем, что не где-нибудь, а на здании больницы отсутствует информация о военном госпитале, пенсионерка довела этот вопрос до логического завершения. Вместе с властями в присутствии журналистов неравнодушные члены Совета ветеранов водрузили табличку на стену медучреждения. Там она находится по сей день. Правда, место не проходное, а, скорее, проездное – внутри больничного двора, ближе к пятому административному корпусу, в холе которого располагается экспозиция с медицинским халатом Подгорбунского и фотоснимками из истории больницы. Вместе с раритетными свидетельствами прошлого под стеклянной витриной находятся спортивные кубки, завоеванные персоналом «трешки». Все вместе это называется «Галереей славы». И в этой галерее места для информации об эвакогоспиталях не нашлось. Ощущения неоднозначные.

Но медперсонал по большей части о военном прошлом больницы знает. Об этом им рассказывали во время обучения на занятиях по истории медицины. Пациенты старшего поколения о госпитале тоже наслышаны: кто-то более обширно, кто-то просто в курсе, что здесь лечили раненых. А вот в проходящей курс лечения в стенах больницы молодежи этого источника знаний нет, не зародился. Покуривая за воротами, молодые люди на вопрос о военном госпитале с растерянной улыбкой отрицательно машут головами. А таблички на стенах они и вовсе читать не приучены. Даже те, которые хорошо просматриваются. Что уж говорить о «замаскированных»…

«Нет, не видели, покажите, где», – так чаще всего заканчивался наш разговор.

Гостиницу помним, госпиталь – нет

В октябре 1941 года в Кемерове появился еще один госпиталь – №1243 на 700 общехирургических мест. Он занял в центре города здания химического техникума, коммунальной гостиницы и 12-квартирного дома, где разместился штаб хозяйственной службы и изолятор. Возглавил госпиталь военврач 2 ранга И. Г. Корочкин, бывший заведующий Ленинск-Кузнецким горздравом. Всего госпиталь принял около 3 тысяч амбулаторных больных, в его стенах проведено 825 операций, возвращено в строй 40% раненых. В 1943 году он был переведен в город Александров Ивановской области.

Сегодня сохранилось здание бывшей гостиницы по улице Островского, 32, которое признано памятником архитектуры. Говорят, раньше мемориальная доска здесь была. Но ни мы, ни представители Совета ветеранов ее найти так и не смогли. Обошли со всех сторон 32-й дом, где сейчас находится бизнес-центр, и прилегающие к нему строения. На зданиях – огромное количество табличек – «Машины не ставить», «Не курить», «Сход снега». Но нужной нам нет. Сотрудники бизнес-центра о госпитале слыхом не слыхивали.

Рядом с основным зданием – пристройка, где сейчас располагается КУГИ. На ней при входе висит мемориальная табличка «Гостиница Притомского участка, 1933 год». Но и в КУГИ о госпитале не знают. Жители близлежащих домов разводят руками. На красивых современных фасадах нет никакого напоминания о госпитале. Здесь о нем просто забыли.

Лучше крышу почините

Как забыли и о госпитале №1924, который в сентябре 1941-го был эвакуирован из Белгорода и расположился в жилом доме по адресу Островского, 28. Начальником госпиталя был назначен военврач 2 ранга Д. И. Заикин. В доме разместили 5 отделений госпиталя, а также ретнтгенкабинет, физиотерапевтический и зубной кабинеты. Именно здесь знаменитая на всю страну Александра Транквилитати открыла комнату лечебной физкультуры, благодаря которой госпиталь стал лучшим городским реабилитационным центром по восстановлению здоровья раненых бойцов. В марте 1942 года госпиталь убыл в Ленинградскую область.

О Транквилитати знали во всей стране. Но, к сожалению, не помнят в Кемерове. На доме, где находился лучший реабилитационный центр, нет никакого напоминания.

Со стороны улицы Весенней размещена табличка с QR-кодом. Мы наивно понадеялись, что хоть там найдем упоминание о госпитале. Но нет. Даже краеведческий образовательный проект «Кисть истории города» проигнорировал этот факт.

Надежда найти табличку с внутренней части двора тоже рухнула. А вместе с ней – и впечатление от наведенного на памятник архитектуры лоска со стороны центральных улиц. Со двора картина иная: крыши протекают, стены обшарпаны…

Мужчина на автомобиле подъехал к дому.

– Таблички? Нет, никогда не видел. А госпиталь да, здесь был. У моей супруги здесь бабушка жила, она рассказывала. А вы что, сейчас в газете напишете, что у нас все плохо и ничего не делается?

– Да нет, напишем просто, что таблички нет и хотелось бы ее видеть.

– Лучше пусть крышу сделают, смотрите, какой бардак.

И впрямь лучше…

Вслед за мужчиной мимо прошла женщина пенсионного возраста. Правда, живет она не в этом доме, а по соседству, но с 1969 года. Говорит, таблички никакой отродясь не видала и о госпитале не слышала. Нет у нее такой бабушки, которая могла бы просветить. А больше и рассказать-то некому.

На пустыре

На месте одного из госпиталей сегодня – пустырь. Точнее, большая парковка за забором из профлиста. Вероятно, в скором времени здесь развернется новое строительство. Очень надеемся, что на новом здании хоть что-то будет напоминать о том, что здесь с октября 1941 года располагался военный госпиталь №2344 многопрофильного направления на 800 мест, где лечили общехирургических, нейрохирургических, челюстно-лицевых раненых и даже туберкулезных больных. Горисполком выделил для госпиталя в Рудничном районе здание школы-интерната №9, а под штаб – здание военторга. Пока школа-интернат существовала, мемориальная табличка на ней была. «Когда начали сносить здание школы-интерната, я пришла на строительную площадку и попросила сохранить мемориальную доску или передать ее в Совет ветеранов, – рассказала председатель Совета ветеранов Рудничного района Эльвира Пономарева. – Они пообещали. Теперь на этом месте пустая площадка, а судьба мемориальной таблички не известна. Мне бы очень хотелось узнать, где она сейчас». Мы тоже. Интересно, куда определили мемориальную доску застройщики из крупного кузбасского холдинга?

Итог: из 12 кемеровских госпиталей достойная память обеспечена всего семи. Участь одной мемориальной доски под вопросом и зависит от судьбы корпуса КемГУ. На двух сохранившихся госпитальных зданиях нет даже намека на то, что здесь в годы войны лечили раненых. А память еще об одном снеслась вместе с домом и исчезнувшей табличкой.

В январе этого года Совет ветеранов Центрального района направил обращение в администрацию города Кемерово, чтобы привести в достойный вид – обновить имеющиеся и установить недостающие мемориальные таблички. Ответа пока нет…

А как же «Мы помним – мы гордимся?»

От редакции: 70 тыловых эвакогоспиталей работали в 17 городах Кузбасса. Редакция газеты просит откликнуться неравнодушных людей и сообщить о фактах отсутствия мемориальных табличек на зданиях, в которых в военное время располагались военные госпитали.

*За помощь в подготовке материала благодарим доктора исторических наук, профессора Юрия Горелова.